Канделаки раскритиковала позицию Международного олимпийского комитета в связи с событиями на Ближнем Востоке, заявив, что происходящее уже нельзя назвать даже «двойными стандартами». По её словам, на фоне нынешней реакции МОК на военные действия США и Израиля особенно отчётливо видно, насколько по‑разному международные спортивные структуры подходят к оценке конфликтов и их участников.
Поводом для её комментария стали последние события: вооружённые силы Израиля и США нанесли удары по территории Ирана, объявив о начале военной операции против исламской республики. В ответ Иран атаковал военные объекты США и Израиля. На этом фоне встал вопрос: последуют ли какие‑то санкции в отношении стран, непосредственно вовлечённых в конфликт, со стороны МОК и других международных спортивных организаций.
В ответ на подобные вопросы Международный олимпийский комитет выступил с заявлением, в котором подчеркнул, что принцип нейтралитета останется «маяком надежды для мира, потрясённого конфликтами, расколом и трагедиями». В документе особо отмечалось, что спорт должен объединять, а не разделять, а нейтралитет является базовым принципом олимпийского движения и заложен в фундаментальные ценности олимпизма.
Тина Канделаки напомнила, что совсем недавно, в 2022 году, к России и российским спортсменам применялся принципиально иной подход. Тогда, по её словам, атлетов отстраняли от участия в международных турнирах не за конкретные действия, а фактически лишь за то, что у них «не тот» паспорт. Она подчеркнула, что для тех, кого всё‑таки допускали в нейтральном статусе, создавались максимально жёсткие и унизительные условия.
По словам Канделаки, российским спортсменам в условиях «нейтрала» запрещали любой национальный символизм: не звучал гимн, не поднимался флаг, строгий контроль касался даже высказываний, которые могли трактоваться как намёк на политическую позицию. Она отметила, что от атлетов фактически ожидали «присяги на аполитичность», а судейство на соревнованиях нередко выглядело откровенно предвзятым.
На этом фоне, считает медиаменеджер, особенно показательно звучит свежая формулировка МОК о том, что спорт должен оставаться «силой, объединяющей мир в мирной конкуренции», а принцип нейтралитета — ключевым ориентиром. Канделаки обращает внимание на то, что эти красивые слова прозвучали именно в ответ на требование исключить из соревнований США — страну, чья, по её выражению, «немотивированная агрессия против Ирана очевидна всему миру».
Она цитирует фрагмент заявления МОК: организация «твёрдо убеждена, что спорт обязан оставаться маяком надежды» и что именно так понимается миссия олимпийского движения. Исполком комитета совсем недавно ещё раз подтвердил особую значимость нейтралитета, напомнив, что он проистекает из основ олимпизма. Однако, по мнению Канделаки, этот принцип применяется избирательно — в зависимости от того, о какой стране идёт речь.
Комментируя эту позицию, она резко формулирует: речь идёт уже не о двойных стандартах, а о наличии «высших», которым позволено всё, и «остальных», в отношении которых действуют совсем иные, куда более жёсткие правила. В первой категории, по её словам, оказываются государства Запада, для которых спорт — «маяк надежды». Во второй — российские спортсмены, по отношению к которым международные структуры чувствуют себя вправе «вытирать ноги просто потому, что могут».
На этом фоне Канделаки ставит принципиальный вопрос: стоит ли России стремиться к возвращению в подобные международные организации на прежних условиях, если отношение к её спортсменам и к самой стране столь откровенно дискриминационное. По её мнению, происходящее ставит под сомнение не только справедливость решений МОК, но и саму идею универсальности олимпийского движения.
Она напоминает, что в феврале 2022 года Международный олимпийский комитет рекомендовал спортивным федерациям отстранять российских атлетов от международных стартов в связи с событиями на Украине. Это решение моментально отразилось на карьерах сотен спортсменов, многие из которых готовились к крупным турнирам и Олимпиаде годами, но в одночасье были лишены возможности выступать под флагом своей страны.
Позже, в октябре 2023 года, последовал новый удар: МОК приостановил членство Олимпийского комитета России. Формальным поводом стало включение в состав ОКР олимпийских советов ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областей. Международный комитет расценил это как нарушение Олимпийской хартии. Российская сторона попыталась оспорить это решение в Спортивном арбитражном суде, однако апелляция была отклонена.
С точки зрения Канделаки, вся эта цепочка событий показывает, что принципы, на которые ссылается МОК, гибко «подстраиваются» под политическую конъюнктуру. Там, где речь идёт о странах, имеющих серьёзный вес и влияние в западном мире, немедленно вспоминают о нейтралитете, мире и гуманизме. Но когда дело касается России, разговор идет уже не о нейтралитете, а о санкциях, ограничениях и демонстративном исключении из глобального спортивного процесса.
Важно и то, что подобная избирательность бьёт в первую очередь по самим спортсменам, а не по политикам. Люди, всю жизнь посвятившие тренировкам, оказываются заложниками решений, которые принимаются далеко за пределами стадионов и арен. Канделаки фактически поднимает вопрос: насколько справедливо превращать олимпийцев и профессиональных атлетов в инструмент давления и политических сигналов.
Ситуация с Ближним Востоком лишь обнажила уже существующую проблему: международный спорт всё меньше похож на автономную сферу, свободную от политики. Публичные заявления о «мире и единстве» вступают в противоречие с конкретными действиями, а доверие к институциям, ранее считавшимся эталоном справедливости и равных возможностей, заметно снижается.
На этом фоне внутри российского спортивного сообщества усиливаются дискуссии о том, каким должен быть дальнейший курс: добиваться возвращения в прежние структуры любой ценой, пытаться изменить правила игры изнутри или выстраивать параллельную систему соревнований, турниров и рейтингов. Прецеденты альтернативных турниров и лиг уже появляются, хотя пока они не могут соперничать по статусу с олимпийским движением.
Ещё один измеримый результат подобных решений — отток талантов и изменение траекторий карьер. Часть спортсменов задумывается о смене спортивного гражданства, чтобы сохранить возможность участвовать в крупнейших соревнованиях. Другие, напротив, отказываются от подобного шага по этическим или патриотическим мотивам, понимая, что это может означать отказ от высших ступеней пьедесталов и мировой славы.
Вопрос, который поднимает Канделаки, не сводится только к текущему конфликту на Ближнем Востоке или ситуации с Россией. Он касается будущего всего международного спорта: может ли олимпийское движение оставаться моральным авторитетом для спортсменов и зрителей, если его ключевые решения воспринимаются как политически мотивированные и несправедливые? И возможно ли восстановить доверие, если одна группа стран получает особый режим «нейтралитета», а другая — жёсткие санкции и отлучение?
Тем самым её жёсткая оценка — «это даже не двойные стандарты» — становится не просто эмоциональной реакцией, а тезисом о глубоком системном кризисе, в который погружается глобальный спорт. И пока подобные вопросы остаются без честных и убедительных ответов, сомнения в реальной ценности декларируемого МОК нейтралитета будут только усиливаться.